ГЕНЕТИЧЕСКИЙ ТЕРРОРИЗМ ИДЕТ В РОССИЮ…
Призывы к жесткому контролю генетически-модифицированных продуктов все чаще звучат со страниц российских СМИ. Но в чем именно состоит их опасность? Эксперты считают, что в связи с бесконтрольным распространением таких продуктов мы можем вскоре столкнуться с совершенно новым видом терроризма. Этой теме был посвящен брифинг «Генетический и продовольственный терроризм», который прошел 22 июня в штаб-картире Общенациональной Ассоциации генетической безопасности России (ОАГБ).
Как следить за мутантами
Президент ОАГБ Александр Баранов в своем вступительном слове напомнил собравшимся, что по иронии судьба встреча пришлась на 22 июня — день начала Великой Отечественной войны. Однако эта война отличалась тем, что ее угрозу человек мог ощущать через свои «внешние анализаторы» — глаза, уши и другие органы. Но сейчас существует возможность проведения войны совершенно незаметно: «многие даже не узнают, что происходит». Одна из основных технологий такой войны — биологическое оружие. А одним из его «носителей» могут стать ГМ-продукты, если на этом пути не будут поставлены надлежащие барьеры.
Тема превентивных мер была развита в докладе «Мировое сообщество перед угрозой продовольственного терроризма. Новые глобальные вызовы», который представила Ольга Разбаш, юрист-эколог из Российского Регионального экологического центра. Доклад был основан на материалах встречи экспертов, проводившейся Комитетом по глобальным вызовам современного общества НАТО в Льеже (Бельгия) в мае 2004 года.
Ольга Разбаш, принимавшая участие в этом мероприятии со стороны России, сообщила, что уровень мировой озабоченности продовольственным терроризмом очень высок. Эксперты из разных стран согласны в том, что вслед за терактами 11 сентября в Нью-Йорке и 11 марта в Мадриде новым объектом для удара террористов может стать пища.
Такого же мнения придерживается и Всемирная Организация Здравоохранения — в 2002 году она разработала Руководство по обращению с системами снабжения продовольствием, в котором рассматривается возможность пищевого биотерроризма. Эксперты ВОЗ и НАТО полагают, что исходить надо не только из уже известных рисков, но и учитывать генную инженерию — хотя к настоящему моменту не накоплено достаточно материала для того, чтобы оценить риски этой технологии.
Ольга Разбаш также перечислила ряд международных документов, определяющих правила безопасности при работе с генетически-измененными организмами. Это Картахенский протокол (регулирует перемещение ГМО), Декларация Рио (определяет, что бремя доказывания безвредности лежит на производителе продукции), документы Кодекса Алиментариус и комиссии ООН по пищевым стандартам (определяют стандарты для ГМ-продуктов), а также две директивы Евросоюза (определяют методы оценки угрозы, правила мониторинга, а также условия, при которых выдаются разрешения на выпуск ГМО).
В качестве организаций, которые вырабатывают механизмы международного обмена информацией по теме ГМО, были упомянуты UN ECE Aarhus Convention («Руководство по доступу к информации и участию общественности в принятии решений по ГМО», октябрь 2002 г) и Рабочая Группа ЕЭК ООН по ГМО (разработка юридически обязательного международного инструмента по доступу к информации и общественному участию — к маю 2005 г. в Алма-Ата).